Каждый человек о себе думает слишком много, а умрет так же как и все остальные...

7 583

405

Ответы

изкорослый, узкоплечий, широкобедрый пол мог назвать прекрасным только отуманенный половым побуждением рассудок мужчины: вся его красота и кроется в этом побуждении. С большим основанием его можно бы было назвать неэстетичным, или неизящным, полом. И действительно, женщины не имеют ни восприимчивости, ни истинной склонности ни к музыке, ни к поэзии, ни к образовательным искусствам; и если они предаются им и носятся с ними, то это не более как простое обезьянство для целей кокетства и желания нравиться.
В математике ум исключительно занят собственными формами познавания — временем и пространством, следовательно, подобен кошке, играющей собственным хвостом.
В минуту смерти эгоизм претерпевает полное крушение. Отсюда страх смерти. Смерть поэтому есть некое поучение эгоизму, произносимое природою вещей.
В нас существует нечто более мудрое, нежели голова. Именно, в важные моменты, в главных шагах своей жизни мы руководствуемся не столько ясным пониманием того, что надо делать, сколько внутренним импульсом, который исходит из самой глубины нашего существа.
В национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа.
В некоторых частях света водятся обезьяны, в Европе же водятся французы, что почти одно и то же.
В одиночестве каждый видит в себе то, что он есть на самом деле.
В реинкарнацию, или перевоплощение, верит больше половины человечества.
Всякая ложь и абсурд разоблачаются обычно потому, что в момент апогея в них обнаруживается внутреннее противоречие.
Вера и знание — это две чаши весов: чем выше одна, тем ниже другая.
Вежливость — это фиговый лист эгоизма.
Вежливость, как игорная марка, есть открыто признанная фальшивая монета. Скупость на нее доказывает скудоумие, щедрость, напротив — ум. Кто же доводит вежливость до пожертвования реальными интересами, похож на человека, раздающего вместо марок настоящие червонцы.
Вечный жид Агасфер - вот олицетворение всего еврейского народа. Отечеством еврея являются все остальные евреи; поэтому каждый еврей защищает всё еврейство в совокупности, точнее свой собственный алтарь и домашний очаг, и никакая другая община в мире не имеет той сплочённости, которую мы видим у еврейского народа. Из этого ясно, насколько бессмысленно предоставлять евреям какое-либо право участия в делах управления государством. Евреи являются величайшими виртуозами лжи.
Внутренняя пустота служит истинным источником скуки, вечно толкая субъекта в погоню за внешними возбуждениями с целью хоть чем-нибудь расшевелить ум и душу.

Артур Шопенгауэр, 1815
Воля человеческая направлена к той же цели, как у животных, — к питанию и размножению. Но посмотрите, какой сложный и искусный аппарат дан человеку для достижения этой цели, — сколько ума, размышления и тонких отвлечённостей употребляет человек даже в делах обыденной жизни! Тем не менее и человеком, и животными преследуется и достигается одна и та же цель. Для большей ясности приведу два сравнения: вино, налитое в глиняный сосуд и в искусно сделанный кубок, остается одним и тем же; или два совершенно одинаковых клинка, из одного и того же металла и в одной и той же мастерской сработанные, могут иметь разные рукояти: один золотую, другой — из латуни.
Во всех отделах искусства дрессировки людей на первом месте значится правило поддерживать и изощрять чувство чести.
Вполне честно все-таки мы относимся в конце концов лишь к себе самим.
Врач видит человека во всей его слабости, юрист — во всей его подлости, теолог — во всей его глупости.
Всё, всё человек может забыть, только не самого себя, не свою собственную сущность.
Всякий сброд до жалости общителен.
Всякий замкнут в своём сознании, как в своей коже, и только в нем живет непосредственно.
Выказывать свой ум и разум — это значит косвенным образом подчеркивать неспособность и тупоумие других.
Газеты — это секундные стрелки истории. Но такие большей частью, что не только из худшего металла, но редко и ходят верно. Так называемые передовые статьи в них — это хор к драме текущих событий.
Глубокие истины можно только усмотреть, а не вычислить, то есть впервые вы познаете их, непосредственно осененные мгновенным впечатлением.
Даже Сократ, мудрейший из людей, нуждался в предостерегающем демоне.
Девять десятых нашего счастья зависит от здоровья.
Для каждого человека ближний — зеркало, из которого смотрят на него его собственные пороки; но человек поступает при этом как собака, которая лает на зеркало в том предположении, что видит там не себя, а другую собаку.
Для нашего счастья то, что мы такое, — наша личность — является первым и важнейшим условием, уже потому, что сохраняется всегда и при всех обстоятельствах.
Если бессмыслицы, какие нам приходится выслушивать в разговоре, начинают сердить нас, надо вообразить, что это разыгрывается комическая сцена между двумя дураками; это испытаннейшее средство.
Если слава померкла после его смерти, — значит, она была ненастоящей, незаслуженной, возникшей лишь благодаря временному ослеплению.
Жениться — это значит наполовину уменьшить свои права и вдвое увеличить обязанности.

Артур Шопенгауэр
Жизнь есть ночь, проводимая в глубоком сне, часто переходящем в кошмар.
Жизнь и сновидения — страницы одной и той же книги.
Заботиться о чести, то есть о добром имени, должен каждый, о чине — лишь тот, кто служит государству, и о славе — лишь немногие. В то же время честь считается неоценимым благом, а слава — самым ценным, что только может быть добыто человеком — золотым руном избранных, тогда как предпочитать чин богатству могут лишь дураки.
Здоровый нищий счастливее больного короля.
Иной зоолог бывает в сущности не чем иным, как регистратором обезьян.
Интеллект служит исключительно только посредником мотивов для их воли.
Искренно друзья только называют себя друзьями; враги же искренни и на деле; поэтому их хулу следует использовать в целях самопознания, так как мы принимаем горькое лекарство.
Истинный характер человека сказывается в мелочах, когда он перестает следить за собою.
К какому выводу в конце концов пришли Вольтер, Юм и Кант? — К тому, что мир есть госпиталь для неизлечимых.
Каждое дитя до некоторой степени гений и каждый гений до некоторой степени дитя.
Каждый человек может быть самим собою только пока он одинок.
Как лекарство не достигает своей цели, если доза слишком велика, так и порицание и критика — когда они переходят меру справедливости.
Как нужда — постоянный бич народа, так и скука — бич высшего общества.
Карточная игра — явное обнаружение умственного банкротства. Не будучи в состоянии обмениваться мыслями, люди перебрасываются картами.
Когда один из тевтонских вождей вызвал Мария на поединок, этот герой ответил: «если тебе надоела жизнь, можешь повеситься» и предложил ему подраться с одним знаменитым гладиатором.
Кто критикует других, тот работает над собственным исправлением.
Кто не любит одиночества, не любит и свободы.
Кто придает большое значение мнению людей, делает им слишком много чести.
Лицо человека высказывает больше и более интересные вещи, нежели его уста: уста высказывают только мысль человека, лицо — мысль природы.
Лучше обнаруживать свой ум в молчании, нежели в разговорах.
Люди уподобляются детям в том отношении, что, если им спускать, они становятся непослушными.
Между гением и безумным то сходство, что оба живут совершенно в другом мире, чем все остальные люди.
Мир невозможен без времени, но и время невозможно без мира.
Моя философия не дала мне совершенно никаких доходов, но она избавила меня от очень многих трат.
Многие живут преимущественно настоящим, это — люди легкомысленные; другие — будущим, это — люди боязливые и беспокойные. Редко кто соблюдает должную меру.
Многим философы так же тягостны, как ночные гуляки, нарушающие сон мирных жителей.
Мудрецы всех времён постоянно говорили одно и то же, а глупцы, всегда составлявшие огромнейшее большинство, постоянно одно и то же делали — как раз противоположное; так будет продолжаться и впредь.
Мы действуем под влиянием неизменных свойств нашего характера, под влиянием мотивов и сообразно со способностями делая, в силу абсолютной необходимости, лишь то, что нам в данную минуту представляется правильным и должным.
Мы переносим свалившееся на нас извне несчастье с большею покорностью, чем происшедшее по нашей вине: судьба может измениться, личные же наши свойства никогда.
Мы только к концу известного периода жизни, а то и к концу самой жизни, можем правильно судить о наших поступках и творениях, понять их связь и сцепление и, наконец, оценить их по достоинству.
Нас делает счастливым и несчастным не то, каковы предметы в действительности, а то, во что мы их путем восприятия превращаем.
Науку может всякий изучить — один с большим, другой с меньшим трудом. Но от искусства получает каждый столько, сколько он сам в состоянии дать.
На честь может притязать каждый, на славу — лишь люди исключительные.
Не подлежит сомнению, что упрек оскорбителен лишь постольку, поскольку он справедлив: малейший попавший в цель намек оскорбляет гораздо сильнее, чем самое тяжкое обвинение, раз оно не имеет оснований.
Не говори своему другу того, что не должен знать твой враг.
Нельзя не признать, что в национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа. Попросту говоря, человеческая ограниченность, извращенность и испорченность принимают в разных странах разные формы, которые и именуются национальным характером. Когда опротивеет один, мы пускаемся расхваливать другой, пока с тем не случится того же. Каждая нация насмехается над другими, и все они в одинаковой мере правы.
Немцев упрекают в том, что они всегда подражали во всем французам и англичанам; но забывают, что это самое умное, что они, как нация, могли сделать, потому что собственными силами они не произвели бы ничего дельного и хорошего.
Нет более прекрасного утешения для старца, чем видеть всю мощь своей молодости, воплощенной в трудах, которые не состарятся подобно ему.
Никакие деньги не бывают помещены выгоднее, чем те, которые мы позволили отнять у себя обманным путем, ибо за них мы непосредственно приобретаем благоразумие.
Никакие песталоцциевские воспитательные приемы не в силах из природного олуха сделать мыслящего человека: никогда! — олухом он родился, олухом и умрет.
Никого так ловко не обманываем мы и не обходим лестью, как самих себя.
Никто не может сбросить с себя свою индивидуальность.
Общительность людей основана не на любви к обществу, а на страхе перед одиночеством.
Одиночество — свое собственное общество.
Одиночество есть жребий всех выдающихся умов.
Одним из существенных препятствий для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.
Оскорбление — это клевета в сокращенном виде.
По отмирании воли смерть тела уже не может быть тягостной.
Плохие книги не только бесполезны, но положительно вредны. Ведь девять десятых текущей литературы только затем и публикуются, чтобы выманить из кармана доверчивой публики пару лишних талеров.
Под конец жизни дело идёт …, как в конце маскарада, когда снимают маски.
Постоянный умственный труд делает нас более или менее непригодными к заботам и треволнениям действительной жизни
Предчувствуя близость смерти, я сознаюсь, что ненавижу немецкую нацию вследствие её бесконечной глупости и что я краснею от того, что принадлежу к ней.
Принуждение неразлучный спутник всякого общества, и всякое общество требует жертв, которые оказываются тем тяжелее, чем ярче наша собственная индивидуальность.
Природа аристократичнее человека. Различия званий и состояний в европейских обществах, а также кастовые различия в Индии ничтожны в сравнении с различиями в умственных и нравственных качествах людей, полагаемыми самой природой.
Природный ум может заменить любое образование, но никакое образование не может заменить природного ума.
Проповедовать мораль легко, обосновать ее трудно.
Прощать и забывать — значит бросать за окно сделанные драгоценные опыты.
Рожденные для того, чтобы направить мир чрез море лжи к истине и вывести его из глубокой пропасти дикости и пошлости — на свет, к высокой культуре и благородству, — они, хотя и живут среди людей, однако, все же не принадлежат, в сущности к их обществу и потому уже с юности сознают себя значительно отличающимися от них существами; впрочем, вполне ясное сознание этого слагается не сразу, а с годами.
С точки зрения молодости жизнь есть бесконечно долгое будущее; с точки зрения старости — очень короткое прошлое.
Самая дешёвая гордость — это гордость национальная. Она обнаруживает в зараженном ею субъекте недостаток индивидуальных качеств, которыми он мог бы гордиться.

11 лет

ММ

Мелкий Младший Мусоришка

Евре́и (ивр. יְהוּדִים‎ йехудим — досл. иудеи, идиш ייִדן/אידן‎ (й)идн, сеф. ג׳ודיוס джудиос; древнее самоназвание — также ивр. בְּנֵי יִשְׂרָאֵל‎, бней-Исраэль, «сыновья Израиля»[4]) — народ[5], этнос[6], этнорелигиозная группа[7], нация[8]; восходят к израэлитам (ивр. בְּנֵי יִשְׂרָאֵל‎ «дети Израиля»), группе семитских племён, создавших древние Израильское и Иудейское царства[9]; традиционная[10] и этническая религия[11] евреев — иудаизм. Евреи проживают во многих странах мира[12]; с 1948 года существует также еврейское национальное государство Израиль[13].
Исторической родиной[12][14] еврейского народа является Земля Израиля (Эрец-Исраэль), страна[14], историческая область, в библейское время населённая древними евреями[15]. Согласно Библии, эта земля была обещана Богом ветхозаветным патриархам[16], начиная с Авраама, в библейской традиции считающегося родоначальником еврейского народа[15] и их потомкам — народу Израиля, евреям, которые получили её после исхода из Египта[16]. На протяжении почти двух тысячелетий галута (изгнания с исторической родины) еврейская религия и культура сохраняли идею грядущего освобождения от чужеземного господства и возвращения на родину[17].
Исторически понятия еврей и иудей тесно переплетены и в ряде языков неразличимы. Еврейская этническая принадлежность, религия и сообщество тесно взаимосвязаны. Традиционный еврейский лексикон почти не проводит различия между религиозными и этническими аспектами еврейской идентичности. Представления о еврейском народе, нации и общине связаны с верой в Бога, соблюдением еврейского религиозного закона и изучением древних религиозных текстов[18]. В то же время иудаизм может определяться не только как религия, но и как культура[19] и цивилизация, включающая в себя также светскую составляющую[20], а вера и соблюдение норм иудаизма не являются обязательными условиями еврейской идентичности и принадлежности к евреям. Человек, рождённый евреем, который не соблюдает или отвергает иудаизм, может сохранят

1 год

И.

Ирина .

Не для жизни рождаемся, а для смерти. Но можно прожить жизнь, после себя яркий след, чтоб тебя люди и потомки вспоминали добрыми словами, умереть в кругу близких в уважении, уходе, любви. И можно прожить жизнь так, что и жаба не кумкнет, как говорится, а то еще при воспоминании люди плевать будут, издохнуть в одиночестве и забвении. Разница все-таки есть, я думаю.

8 лет