Слава Богу, нет финала в этой пьесе,
Ведь меня никто не любит, только бесит...

Эта нежность не выносится на суд,
Потому что никого не задевает.
Где-то мутная, а где-то питьевая,
Помещенная в серебряный сосуд.

Настоящая волшебная вода,
Отделенная от взвеси и от тины,
Нашей собственной законной Палестины
Исцеляющий священный Иордан.

Мы пройдем его по глади и по дну
Сквозь Царей и сквозь распятую Античность.
Но поступим глубоко аполитично,
Не смущая из конфессий ни одну.

Так не трендово,
без «like»,
без «follow me»,
Без воинственных победных репортажей.
Будем счастливы, но никому не скажем,
Безгранично будем счастливы.

Аминь!