С Толстым трудно не согласится, ведь он гений, но надо - с его подходом самоубийства, а именно, его Каренина; вместо яда, как это сделала Мадам Бовари, та бросается под поезд. Женщины эстетична по природе, а особенно своего внешнего вида, а тем более после смерти. Но, Толстой is Толстой, а Флобер is Флобер, Франция is Франция, а Россия is Россия, которую умом не понять, Аршином общим не измерить, У ней особенная стать, В Россию надо только верить...