.... За пять минут уж снегом талым шинель запорошилась вся. Он на земле лежит усталым, движеньем руку занеся. Он мертв, его никто не знает, но мы ещё на полпути, и слава мертвых окрыляет тех, кто вперёд решил идти. В нас есть суровая свобода: на слезы, обрекая мать, бессмертье своего народа своею смертью покупать.