Выходя из утра, как из наркоза, допиваешь то, что ещё осталось.
Пусть Иванушкой станет твой козлик. Но внутри декабрь, пустота и старость. Прохудился Бог, засорилась карма. Небеса студёней дамасской стали. И только зима стоит за кадром – ради всех тех, кого губы твои листали (если сможешь вспомнить – попробуй сверить, а не сможешь вспомнить – забудь, не парься).
Лишь одна волшебно целует веки, лишь одна небрежно ломает пальцы. Попроси добить тебя или пощады – предложи ей выбор, давно пора бы.
А затем в стихи приходи прощаться... мимоходом, небрежно, как бы...