любовь это работа или удовольствие

сверху труд снизу удовольствие КРИСТИНОЧКА

сверху труд снизу удовольствие КРИСТИНОЧКА

День и ночь сошлись уже на равных,
Значит, перешли мы тот порог,
Когда лето было полноправным,
И сейчас осенний вечерок

Нам напомнил, что морозы рядом,
Холод, стужа скоро будут здесь,
Овладеет осень буйным садом,
И стряхнет уверенную спесь.

Дай мне руку, посидим с тобою,
На скамейке в парке у ручья,
Мы всегда — и летом и зимою,
Вместе будем — только ты и я!

Это ваши стихи ? Прекрасные и кому же вы их читаете , конечно - жене .

МИЛОЧКА только для вас душа МОЯ

Спасибо , если не шутите .

сверху работа снизу удовольствие АЛКС

Каштаны бьются об асфальт,
спешат под лоно желтых листьев,
и ранним утром серебрится
крыла вороньего базальт.

Еще не растворилась мгла
в лучах зори над бабьим летом,
но слышно на бульваре где- то
выходит первая метла,

с листвой сметая ночи тень…
В тумане свежим перламутром
умыться поспешает утро
и встретить приходящий день.

День уходящего тепла,
раскрашенный осенним цветом
и памятью о бабьем лете
в преддверье злого октября.

Пронёсся сентябрь колесницей,
украв на ходу «бабье лето» —
что это… — отказ от традиций…,
на солнце наложено вето???Всё лето было плаксивым,
мы ждали тепла и напрасно,
без солнышка очень тоскливо,
лишь несколько дней было ясно…И так пролетело лето,
промокший сентябрь на исходе
и солнце в избытке… где-то,
а в Монино дождь на свободе
и листья срываются с веток,
и мамочки кутают деток.

опытные барышни говорят сверху работа снизу удовольствие НАТУСИК

А лето празднует себя

И рассылает приглашенья —

Как у больного улучшенье,

Когда он рад, весь мир любя.

И снова легкие пальто,

И всяк готов разнагишаться.

Как и пред смертью надышаться

Не отказался бы никто.

МОЛОДЕЦ ВИКУЛЯ другие говорят сверху работа снизу удовольствие

сверху труд снизу удовольствие КОТИК

есть привязанность и инстинкт размножения

Каштаны бьются об асфальт,
спешат под лоно желтых листьев,
и ранним утром серебрится
крыла вороньего базальт.

Еще не растворилась мгла
в лучах зори над бабьим летом,
но слышно на бульваре где- то
выходит первая метла,

с листвой сметая ночи тень…
В тумане свежим перламутром
умыться поспешает утро
и встретить приходящий день.

День уходящего тепла,
раскрашенный осенним цветом
и памятью о бабьем лете
в преддверье злого октября.

сверху это работа снизу удовольствие ГУЗИК

А лето празднует себя

И рассылает приглашенья —

Как у больного улучшенье,

Когда он рад, весь мир любя.

И снова легкие пальто,

И всяк готов разнагишаться.

Как и пред смертью надышаться

Не отказался бы никто.

Каштаны бьются об асфальт,
спешат под лоно желтых листьев,
и ранним утром серебрится
крыла вороньего базальт.

Еще не растворилась мгла
в лучах зори над бабьим летом,
но слышно на бульваре где- то
выходит первая метла,

с листвой сметая ночи тень…
В тумане свежим перламутром
умыться поспешает утро
и встретить приходящий день.

День уходящего тепла,
раскрашенный осенним цветом
и памятью о бабьем лете
в преддверье злого октября.

сверху работа снизу удовольствие опытные барышни говорят НАДЮЛИК

сверху труд снизу удовольствие ЛИЗОЧКА

А лето празднует себя

И рассылает приглашенья —

Как у больного улучшенье,

Когда он рад, весь мир любя.

И снова легкие пальто,

И всяк готов разнагишаться.

Как и пред смертью надышаться

Не отказался бы никто.

Каштаны бьются об асфальт,
спешат под лоно желтых листьев,
и ранним утром серебрится
крыла вороньего базальт.

Еще не растворилась мгла
в лучах зори над бабьим летом,
но слышно на бульваре где- то
выходит первая метла,

с листвой сметая ночи тень…
В тумане свежим перламутром
умыться поспешает утро
и встретить приходящий день.

День уходящего тепла,
раскрашенный осенним цветом
и памятью о бабьем лете
в преддверье злого октября.

А лето празднует себя

И рассылает приглашенья —

Как у больного улучшенье,

Когда он рад, весь мир любя.

И снова легкие пальто,

И всяк готов разнагишаться.

Как и пред смертью надышаться

Не отказался бы никто.

А лето празднует себя

И рассылает приглашенья —

Как у больного улучшенье,

Когда он рад, весь мир любя.

И снова легкие пальто,

И всяк готов разнагишаться.

Как и пред смертью надышаться

Не отказался бы никто.