Адель, я буду писать для тебя, писать высоким и мертвым штилем? Хочешь, просто друг друга пришпилим к настоящему времени, будем в нём вечно гореть янтарным огнём, двумя зрачками голодного тигра.
Но не молчи, не молчи вот так,
будто решила всё давным-давно,
а то я подумаю, что вино вот это,
вот этот хлеб — последнее,
что я с тобой делю,
что ты исчезнешь,
пока я сплю.
Адель, я накрою твой лоб ладонью.
Я мог бы любить благородную донью,
а выпало пьющую девочку с обветренными губами — их не возьмет ни одна помада, - пообещала из глупой бравады, что бросит первой, меня не спросит.
Да нет, не бросит. Просто бесит...