зябкий февраль, тоскует по солнцу и свету, самое время для всяких фобий и маний ночь в одиночку пьет ковшик лунного света, боль из глубоких колодцев воспоминаний. Что ж мы с тобою наделали души заблудшие сдали друг другу все карты пиковой масти взять и сложить бы прошлое в папку «Лучшее» но папка эта тут же рвется на части... Нам бы не шить, а разве что штопать по тем лекалам палы, ухабы, трещины, черные ямы... смотрит женщина на себя в зеркало, а в зеркале том – не она, а мама...