Так бывает:
смотришь – и хочется подойти
и коснуться рукой руки, а потом – лица,
приложить ему палец к губам, чтобы он затих,
за собой увести в какой-нибудь тайный сад,
оплести лозой, на груди его замереть,
уронить ладонь на бронзовое плечо
и сказать такое, чтоб было о чём жалеть,
и всё сделать, чтобы было жалеть о чём -
чтобы было потом никому ничего не жаль,
чтобы новая линия нам на ладонь легла.
А смотрю на тебя –
и хочется убежать,
позабыть своё имя, выкинуть зеркала,
замолчать, оборвав все связи и провода,
и с обритой башкой до самых последних дней
танцевать на широкой площади под тамтам -
в одеянии странном,
в незнакомой стране.