Я не застал войну - и слава Богу! Я родился в1949 году, когда уже все закончилось. Это мой отец, попав на Балтику, в Кронштадт, в1939 году, по призыву, пройдя Финскую и Отечественную, хватив всего сполна, возвратился в1947 году, вот почему я родился в1949. Отец не любил говорить о войне, просто категорически : - Это тебе не надо... Но, имея глаза и уши, я непроизвольно впитывал всю ту послевоенную жизнь Страны, воспоминания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Да, воспоминания не из приятных,ведь в СССР не было калек,инвалидов,нищих об этом замалчивали,и при Сталине и Хрущёве день Победы не праздновали

Чепуха! Их просто не замечали, ни кто не замечал: не люди, не государство, не общество, - и они жили сами по себе.... Вы видимо еще очень молоды....

"не было"- это не значит не было,-по указанию партии и правительства их не было,а было счастливое ,здоровое народонаселение

Формат "Обсуждайки" не позволяет здесь печатать большие тексты... Жаль! Я напечатаю все, что я хотел сказать Вам... ...ания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тагача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

не дай Бог, такое пережить месиво!!!

жить-поживать , добра наживать!!!

Я не застал войну - и слава Богу! Я родился в1949 году, когда уже все закончилось. Это мой отец, попав на Балтику, в Кронштадт, в1939 году, по призыву, пройдя Финскую и Отечественную, хватив всего сполна, возвратился в1947 году, вот почему я родился в1949. Отец не любил говорить о войне, просто категорически : - Это тебе не надо... Но, имея глаза и уши, я непроизвольно впитывал всю ту послевоенную жизнь
Страны, воспоминания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тагача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тагача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Я ещё видел таких ветеранов...

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Да... на ЭТУ тему почти нет фильмов и картин...

....это нужно не мертвым, это нужно живым...

Что бы не "портить картину" многих свозили в спецприемники, в том числе и на Валаам. Есть их рисунки этих калек/Героев. Смотреть без слез невозможно. Я тоже с 49 и с отцом который пешком и с боями от Харькова до Сталинграда, Юг Украины и Кенигсберг.. Комментировать не буду. Вечная им память!!!

...да, я видела эти Валаамские рисунки... ужас...

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Поэмбук - Анатолий Серёга: https://poembook.ru/id107214;
Неизвестный гений - Анатолий Серёга:
http://www.neizvestniy-geniy.ru;
Планета писателя - Анатолий Шлема: http://wplanet.ru/index.phpshow=author&id=2419&;
Стихи.ру - Анатолий Серёга
Проза.ру - Анатолий Серёга
Литературный салон - Анатолий Серёга:
https://lit-salon.ru/users/1615;

Я не застал войну - и слава Богу! Я родился в1949 году, когда уже все закончилось. Это мой отец, попав на Балтику, в Кронштадт, в1939 году, по призыву, пройдя Финскую и Отечественную, хватив всего сполна, возвратился в1947 году, вот почему я родился в1949. Отец не любил говорить о войне, просто категорически : - Это тебе не надо... Но, имея глаза и уши, я непроизвольно впитывал всю ту послевоенную жизнь
Страны, воспоминания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...
.

Страшно.

Я два года работал в Приморске, до войны Койвисто, строил там нефтеналивной терминал. Много видел сам, много слышал от местных... Правда для каждого своя...

Мой отец воевал с японцами в августе 1945... Он тоже не любил рассказывать о той войне.. А правду я узнаю, слушая по инету историка Марка Солонина. Он строит свои выступления на архивах и других документах

Я набираю Солонина по инету, ставлю планшет там, где нахожусь и занимаясь своими делами, слушаю его часами...

Многие не хотят знать правду, им так удобнее...

Я не застал войну - и слава Богу! Я родился в1949 году, когда уже все закончилось. Это мой отец, попав на Балтику, в Кронштадт, в1939 году, по призыву, пройдя Финскую и Отечественную, хватив всего сполна, возвратился в1947 году, вот почему я родился в1949. Отец не любил говорить о войне, просто категорически : - Это тебе не надо... Но, имея глаза и уши, я непроизвольно впитывал всю ту послевоенную жизнь
Страны, воспоминания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...
.

Это же какие ужасные последствия войны...изуродованные тела ,изуродованные души...как больно.

понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Я родилась в 61-м, но я тоже помню ивалидов войны... Тяжело вспоминать... Вечная им память.

понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Жуть...И это всё забыли многие.Другие просто знать не хотят.

ания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тагача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

У меня отец прошел всю войну и в 1976 году полковник, танкист, мой отец погиб.

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Ага,всем на Ташкентский фронт.Там нет войны.И тепло.

и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

ы и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...

Я не застал войну - и слава Богу! Я родился в1949 году, когда уже все закончилось. Это мой отец, попав на Балтику, в Кронштадт, в1939 году, по призыву, пройдя Финскую и Отечественную, хватив всего сполна, возвратился в1947 году, вот почему я родился в1949. Отец не любил говорить о войне, просто категорически : - Это тебе не надо... Но, имея глаза и уши, я непроизвольно впитывал всю ту послевоенную жизнь
Страны, воспоминания о которой, только сейчас становятся для меня, отчасти, понятны и неподдельно волнительны. А,главное, все больше и больше - не чужими и далекими, а как будто бы я сам был на войне и участвовал в почти каждодневном выборе: или - или... Тогда, в детстве, выходя во двор, идя в магазин за хлебом или на рынок за молоком и зеленью (нас было четыре брата, - я - старший), я постоянно встречал мужчин: без руки или двух. без ноги или двух, без глаза или двух, или изуродованные лица и тела от сильных ожогов, это было страшнее всего. Одним словом, это была для меня обычная, в то время, картина окружающая меня с утра до ночи. До ночи, потому, что у нас была соседка,- тетя Феня,- контуженная, и потому почти глухая (водитель тягача), которая говорила так, что слышно было на весь наш многоквартирный дом. Помню, меня очень сильно волновала, даже возмущала картина у пивной. Где, мне всегда, когда я проходил мимо, ожидала одна и та же картина. Как несколько калек - ветеранов, постоянно, или пели песни. или слишком жарко спорили. или просто дрались, даже те, кто был без ног и даже без рук. После всего, одних забирали родственники и знакомые, а остальные с трудом уползали на своих самодельных самокатах или на, - тогда не редких, - трехколесных тачках (для тех, кто без ног ) с ручным приводом: «Сталинские руки»...
.