в реальности никто не совершенен, я прихожу во сне, – пустует сцена, пока звезда с звездою говорит... Мне снятся, снятся тени на асфальте, коньяк и кофе, к музыке Вивальди – шальная флейта, плутовской гобой. Я напишу тебе открытым слогом, что жизнь была страдательным залогом неверного свидания с тобой...

Тебя уже доедает быт, но
есть время сеять и время жать.
Тебе почти не бывает стыдно,
и вспоминается чья-то мать.
Ты постоянно играешь роли –
то hoochie coochie, то Вечный Жид,
а совесть – маленький белый кролик –
забилась в угол и там дрожит.
Но вот приходит тоска такая,
что хоть сто раз караул кричи,
и ты отчётливо понимаешь:
подруги – б**ди, друзья – хрычи.
Когда ты после привычной случки
не можешь видеть её лица,
то значит всё, ты дошёл до ручки,
дошёл до полного п**деца.
И в этом долбаном ералаше
клянёшь всех скопом – мол, волчья сыть…
Sic transit gloria mundi, Саша.
И кроме мата тут нечем крыть.