Он тайно или явно, прибегая к многословным объяснениям, требует права следовать своей собственной природе – не преобразованной человеческой природе – и права быть самим собой, он хочет остаться таким, каким он был изначально, не изменив своей сути и сохранив всю ложь, невежество и непостоянство, свойственные этой части существа. И он требует или, даже не требуя на словах, он на деле отстаивает право свободно выражать в речи, действии и поведении все, что есть в нем низкого и грязного. Он упорно защищает, лакирует, приукрашивает привычную манеру мыслить, говорить и чувствовать, пытаясь сохранить ее как можно дольше и увековечить все, что искажено и извращено в характере человека. Иногда он делает это открыто, громогласно настаивая на своем, бунтуя и осуждая все, что делается или говорится против него, называя это заблуждением, притеснением или несправедливостью, иногда он хитрит и притворяется, что ничего не понимает, или же ведет двойную игру, говоря одно, а делая другое. Кто это?